14 06 1941

убийство отцов

Гильман написал текст.

Вот он.

Приводится дословно.

 

"

 Мифы 14 июня Заметки без вины осчастливленного Каждый раз, когда я показываю кондуктору в электричке удостоверение политрепрессированного, — а нашему брату дарован бесплатный проезд, — я встречаю удивленный взгляд. По господствующим в обществе мифам, репрессированный — это старый человек, у которого в глазах вся скорбь латышского народа. А я еще не стар, ни скорби, ни латышскости... Льгота, конечно, нелепая: я и не помню этих репрессий, оковы тяжкие пали, когда мне было три года от роду, но как говорится: дают — бери. И все же я, как ни странно, свидетель. Все детство и юность прошли среди людей, которые на своей шкуре испытали сталинские репрессии, и кому как не мне понимать, как много лжи сейчас вокруг них нагорожено. Политрепрессированный Александр Гильман Миф № 1. Цвет латышского народа Когда кто-то хотел подразнить мою бабушку, ей напоминали дурацкую фразу — первую, которую она произнесла в товарном вагоне на станции Торнякалнс: «Куда мы попали? Здесь все конфекционеры с Мариинской!» Конфекционами тогда называли магазины готовой одежды, на улице Марияс таких было особенно много, и их владельцы имели устойчивую репутацию предпринимателей, свято придерживавшихся принципа: «Не обманешь — не продашь». Бабушка работала адвокатом, защищала в суде этих деятелей, когда их судили за неуплату налогов или мошенничество, — и больше ничего общего с ними не имела. Как любой интеллигентный человек первой половины двадцатого века, она была внутренне готова к аресту всю жизнь. И при царе: дед сидел даже дважды, и при большевиках: в 1920-м еле ноги унесли из Москвы, и при Карле Улманисе. Но по понятиям того времени в застенках у сатрапа узник попадает в общество единомышленников, а не жуликов. Во всяком случае, так было принято и у Николая II, и у Улманиса I. У Сталина никакой системы не существовало. Общий принцип арестов был ясен: брали высших чиновников, общественных деятелей, крупных предпринимателей с семьями. Но исполнение было такое же бездарное и некачественное, как и большая часть советской продукции: совершенно невозможно было понять, почему этого человека арестовали, а его компаньона не тронули. Подавляющее большинство арестованных никакой угрозы советской власти не несли. А вот многочисленное нацистское подполье осталось нетронутым, и в первые дни войны по красноармейцам и просто желающим эвакуироваться стреляли со всех чердаков. Война началась на восьмой день, эшелоны со ссыльными хорошо если до Ярославля добрались. Надо было везти солдат на фронт, отправлять в тыл заводы — а все пути забиты составами с «врагами народа». Высылка 14 июня — акт бессмысленной жестокости. Жертвами ее люди становились большей частью случайно. И когда я слышу, что в тот день был уничтожен цвет латышской нации, я всегда вспоминаю жуликоватых торговцев с Мариинской — на них это определение тоже распространяется? Миф № 2. Евреи высылали латышей Всех моих близких высылали латыши — молодые ребята из «Рабочей гвардии». На сборы отводилось несколько часов, никто особенно не хамил, наоборот — давали полезные советы. Вот вы, читатель, можете себе представить, что в сибирской ссылке крайне необходимо постельное белье? Оказывается, у сибиряков не было ни одежды, ни ткани, поэтому они охотно выменивали продукты на простыни и шили себе рубахи. Кто мог об этом подумать в благополучной Риге! Поскольку сборы шли без особой спешки, за короткую летнюю ночь бригада карателей могла арестовать только одну-две семьи. Следовательно, число арестовывающих было примерно равно количеству жертв — уж не меньше 10 тысяч человек. Комсомольцев вызвали в райком, сказали, что предстоит ответственное задание, — они поняли, что происходит, только в последнюю минуту. Национальный состав и «палачей», и «жертв» примерно соответствовал национальному составу латвийцев. По большому счету жертвами были и те и другие. По возвращении из Сибири моя тетка встретила одноклассника и очень обрадовалась ему — из их школы так мало в живых осталось. Она никак не могла понять, почему тот ее избегает, — думала, у парня жена ревнивая. Он только перед смертью признался, что 14 июня ходил арестовывать и всю жизнь после этого маялся, не мог себе простить. Тетка его так и не успокоила, хотя очень старалась. Миф № 3. Ужас каторжных работ Когда люди в молодости провели по пятнадцать лет вместе вдали от родины, то более близких друзей у них быть не может. Почти все приятели моих покойных родителей были с ними в Сибири. Они часто приходили к нам в гости и вспоминали эти годы, как мы вспоминаем стройотряды, походы и колхозы: много молодежи живет в одном бараке, влюбленности, вечеринки, смешные происшествия — не ссылка, а увеселительная прогулка на лоне природы. Человеку свойственно забывать плохое и помнить хорошее — но и объективно жизнь в Сибири была не так трагична, как принято об этом говорить. Очень трудной оказалась первая зима — из-за холода, неустроенности и безработицы: не было ни пайка, ни зарплаты. Потом был тяжелый труд — лесоповал, подледная рыбалка, но еще через год-другой почти все нашли работу в конторе. Не потому, что у ссыльных были какие-то привилегии, просто все они имели хотя бы среднее образование, а среди тамошних кадров никого нельзя было найти на должность бухгалтера или даже кладовщика. Сибирь издавна была местом ссылки, сибиряки относились к «врагам народа» без опаски, и те жили примерно как местное население — только раз в неделю надо ходить отмечаться и уехать нельзя. Постепенно режим смягчался, под конец даже в отпуск в Ригу ездили. Дети оканчивали школы и поступали в вузы, один наш знакомый до сих пор профессор в каком-то красноярском институте. Разумеется, любая неволя ужасна, но объективно из всего того поколения больше всего шансов выжить было у тех, кого сослали, как это ни кощунственно звучит. Мамина старшая сестра была замужем, высылке не подлежала и погибла в гетто вместе с мужем и ребенком. Двоюродные братья ее эвакуировались, пошли на фронт — один погиб, другой остался инвалидом, третий подорвал сердце и умер сравнительно молодым. Разумные латыши из репрессированных рассуждают так же. «Если бы меня не выслали, то взяли бы в легион. А там или убили бы, или — плен и опять-таки Сибирь...» Куда ни кинь — везде клин. Поколению, которое родилось в первой четверти прошлого столетия, выпала очень трагичная судьба. Жизнь не дала им благополучных дорог, сложить голову можно было на любой. Выделять из массы жертв жестокого века одну группу — цинично и подло. Миф № 4. Репрессированные — ужасно злобные Это уже наш миф, а не официальных идеологов, и он имеет определенное право на существование. В дружном хоре национально озабоченных, которые требуют выслать оккупантов и стрясти с России контрибуцию, всегда слышен сварливый голос разных обществ репрессированных. Вот только никто из еще живых спутников моих родителей к этим обществам не имеет никакого отношения. Покойная тетушка один раз пошла на такое собрание и потом долго плевалась — так на нее подействовала царящая там обстановка бессмысленной ненависти. Похоже, что заправляют делами в этих организациях сравнительно молодые люди — те, кто в Сибири родился или попал туда в младенчестве. Культурный шок, в отличие от своих родителей, они получили не при отъезде из Латвии, а при возвращении — и до сих пор отойти не могут. Хрестоматийный пример — Дзинтра Хирша. Она вернулась в Латвию лет в десять, пошла в школу и сразу стала объектом насмешек, потому что неправильно говорила по-латышски, а писать совсем не умела. Вот человек и поставил себе жизненной целью доказать, что она ничуть не хуже других латышей — а следовательно, может талантливее, чем другие, испортить жизнь инородцам. В тех же людях, кто прошел весь путь, никакой злобы нет. Они, кстати, очень хорошо и охотно говорят по-русски. Один из маминых спутников по Крайнему Северу так объяснял, почему ему трудно общаться со школьными товарищами, после войны осевшими на Западе: «В какой-то момент и мы, и они оказались в чужой стране без гроша за душой. Но нас окружали такие же нищие сибиряки, а их — богатые американцы. Вот они всю жизнь и прожили в зависти, а нам некому было завидовать и не на кого злиться». ...Я как раз был у тетушки 14 июня 1987 года, когда ей позвонил этот человек и сообщил новость: «Вот ты сидишь дома, ничего не знаешь, а тебе у памятника Свободы цветы кладут — может, сходим посмотрим?» Начиналась Атмода, кто-то уже понял, что на репрессированных можно заработать политический капитал. «Какие цветы — ведь мы еще живы, — ответила тетка. — Не пойдем. Ну их к черту». Золотые слова...

"

 

" Мифы 14 июня

Заметки без вины осчастливленного
Каждый раз, когда я показываю кондуктору в электричке удостоверение политрепрессированного, — а нашему брату дарован бесплатный проезд, — я встречаю удивленный взгляд.
 
По господствующим в обществе мифам, репрессированный — это старый человек, у которого в глазах вся скорбь латышского народа. А я еще не стар, ни скорби, ни латышскости... Льгота, конечно, нелепая: я и не помню этих репрессий, оковы тяжкие пали, когда мне было три года от роду, но как говорится: дают — бери. И все же я, как ни странно, свидетель. Все детство и юность прошли среди людей, которые на своей шкуре испытали сталинские репрессии, и кому как не мне понимать, как много лжи сейчас вокруг них нагорожено.
Политрепрессированный Александр Гильман Миф № 1. Цвет латышского народа Когда кто-то хотел подразнить мою бабушку, ей напоминали дурацкую фразу — первую, которую она произнесла в товарном вагоне на станции Торнякалнс: «Куда мы попали? Здесь все конфекционеры с Мариинской!» Конфекционами тогда называли магазины готовой одежды, на улице Марияс таких было особенно много, и их владельцы имели устойчивую репутацию предпринимателей, свято придерживавшихся принципа: «Не обманешь — не продашь». Бабушка работала адвокатом, защищала в суде этих деятелей, когда их судили за неуплату налогов или мошенничество, — и больше ничего общего с ними не имела. Как любой интеллигентный человек первой половины двадцатого века, она была внутренне готова к аресту всю жизнь. И при царе: дед сидел даже дважды, и при большевиках: в 1920-м еле ноги унесли из Москвы, и при Карле Улманисе. Но по понятиям того времени в застенках у сатрапа узник попадает в общество единомышленников, а не жуликов. Во всяком случае, так было принято и у Николая II, и у Улманиса I. У Сталина никакой системы не существовало. Общий принцип арестов был ясен: брали высших чиновников, общественных деятелей, крупных предпринимателей с семьями. Но исполнение было такое же бездарное и некачественное, как и большая часть советской продукции: совершенно невозможно было понять, почему этого человека арестовали, а его компаньона не тронули. Подавляющее большинство арестованных никакой угрозы советской власти не несли. А вот многочисленное нацистское подполье осталось нетронутым, и в первые дни войны по красноармейцам и просто желающим эвакуироваться стреляли со всех чердаков. Война началась на восьмой день, эшелоны со ссыльными хорошо если до Ярославля добрались. Надо было везти солдат на фронт, отправлять в тыл заводы — а все пути забиты составами с «врагами народа». Высылка 14 июня — акт бессмысленной жестокости. Жертвами ее люди становились большей частью случайно. И когда я слышу, что в тот день был уничтожен цвет латышской нации, я всегда вспоминаю жуликоватых торговцев с Мариинской — на них это определение тоже распространяется?
Миф № 2. Евреи высылали латышей Всех моих близких высылали латыши — молодые ребята из «Рабочей гвардии». На сборы отводилось несколько часов, никто особенно не хамил, наоборот — давали полезные советы. Вот вы, читатель, можете себе представить, что в сибирской ссылке крайне необходимо постельное белье? Оказывается, у сибиряков не было ни одежды, ни ткани, поэтому они охотно выменивали продукты на простыни и шили себе рубахи. Кто мог об этом подумать в благополучной Риге! Поскольку сборы шли без особой спешки, за короткую летнюю ночь бригада карателей могла арестовать только одну-две семьи. Следовательно, число арестовывающих было примерно равно количеству жертв — уж не меньше 10 тысяч человек. Комсомольцев вызвали в райком, сказали, что предстоит ответственное задание, — они поняли, что происходит, только в последнюю минуту. Национальный состав и «палачей», и «жертв» примерно соответствовал национальному составу латвийцев. По большому счету жертвами были и те и другие. По возвращении из Сибири моя тетка встретила одноклассника и очень обрадовалась ему — из их школы так мало в живых осталось. Она никак не могла понять, почему тот ее избегает, — думала, у парня жена ревнивая. Он только перед смертью признался, что 14 июня ходил арестовывать и всю жизнь после этого маялся, не мог себе простить. Тетка его так и не успокоила, хотя очень старалась.
Миф № 3. Ужас каторжных работ Когда люди в молодости провели по пятнадцать лет вместе вдали от родины, то более близких друзей у них быть не может. Почти все приятели моих покойных родителей были с ними в Сибири. Они часто приходили к нам в гости и вспоминали эти годы, как мы вспоминаем стройотряды, походы и колхозы: много молодежи живет в одном бараке, влюбленности, вечеринки, смешные происшествия — не ссылка, а увеселительная прогулка на лоне природы. Человеку свойственно забывать плохое и помнить хорошее — но и объективно жизнь в Сибири была не так трагична, как принято об этом говорить. Очень трудной оказалась первая зима — из-за холода, неустроенности и безработицы: не было ни пайка, ни зарплаты. Потом был тяжелый труд — лесоповал, подледная рыбалка, но еще через год-другой почти все нашли работу в конторе. Не потому, что у ссыльных были какие-то привилегии, просто все они имели хотя бы среднее образование, а среди тамошних кадров никого нельзя было найти на должность бухгалтера или даже кладовщика. Сибирь издавна была местом ссылки, сибиряки относились к «врагам народа» без опаски, и те жили примерно как местное население — только раз в неделю надо ходить отмечаться и уехать нельзя. Постепенно режим смягчался, под конец даже в отпуск в Ригу ездили. Дети оканчивали школы и поступали в вузы, один наш знакомый до сих пор профессор в каком-то красноярском институте. Разумеется, любая неволя ужасна, но объективно из всего того поколения больше всего шансов выжить было у тех, кого сослали, как это ни кощунственно звучит. Мамина старшая сестра была замужем, высылке не подлежала и погибла в гетто вместе с мужем и ребенком. Двоюродные братья ее эвакуировались, пошли на фронт — один погиб, другой остался инвалидом, третий подорвал сердце и умер сравнительно молодым. Разумные латыши из репрессированных рассуждают так же. «Если бы меня не выслали, то взяли бы в легион. А там или убили бы, или — плен и опять-таки Сибирь...» Куда ни кинь — везде клин. Поколению, которое родилось в первой четверти прошлого столетия, выпала очень трагичная судьба. Жизнь не дала им благополучных дорог, сложить голову можно было на любой. Выделять из массы жертв жестокого века одну группу — цинично и подло.
Миф № 4. Репрессированные — ужасно злобные Это уже наш миф, а не официальных идеологов, и он имеет определенное право на существование. В дружном хоре национально озабоченных, которые требуют выслать оккупантов и стрясти с России контрибуцию, всегда слышен сварливый голос разных обществ репрессированных. Вот только никто из еще живых спутников моих родителей к этим обществам не имеет никакого отношения. Покойная тетушка один раз пошла на такое собрание и потом долго плевалась — так на нее подействовала царящая там обстановка бессмысленной ненависти. Похоже, что заправляют делами в этих организациях сравнительно молодые люди — те, кто в Сибири родился или попал туда в младенчестве. Культурный шок, в отличие от своих родителей, они получили не при отъезде из Латвии, а при возвращении — и до сих пор отойти не могут. Хрестоматийный пример — Дзинтра Хирша. Она вернулась в Латвию лет в десять, пошла в школу и сразу стала объектом насмешек, потому что неправильно говорила по-латышски, а писать совсем не умела. Вот человек и поставил себе жизненной целью доказать, что она ничуть не хуже других латышей — а следовательно, может талантливее, чем другие, испортить жизнь инородцам. В тех же людях, кто прошел весь путь, никакой злобы нет. Они, кстати, очень хорошо и охотно говорят по-русски. Один из маминых спутников по Крайнему Северу так объяснял, почему ему трудно общаться со школьными товарищами, после войны осевшими на Западе: «В какой-то момент и мы, и они оказались в чужой стране без гроша за душой. Но нас окружали такие же нищие сибиряки, а их — богатые американцы. Вот они всю жизнь и прожили в зависти, а нам некому было завидовать и не на кого злиться». ...Я как раз был у тетушки 14 июня 1987 года, когда ей позвонил этот человек и сообщил новость: «Вот ты сидишь дома, ничего не знаешь, а тебе у памятника Свободы цветы кладут — может, сходим посмотрим?» Начиналась Атмода, кто-то уже понял, что на репрессированных можно заработать политический капитал. «Какие цветы — ведь мы еще живы, — ответила тетка. — Не пойдем. Ну их к черту». Золотые слова... "
 
 
На эту статью так отреагировал Ватолин -
 

" Журналист предложил высечь Гильмана кнутом на Ратушной площади

фото baltijalv.lv
фото baltijalv.lv

Член правления Союза журналистов Латвии Игорь Ватолин считает, что за статью о сталинских депортациях, которую написал публицист Александр Гильман, его было бы неплохо высечь кнутом на Ратушной площади. Об этом Ватолин заявил в эфире программы “Войс-контроль” на радиостанции Baltkom.

 

“Гильмана в детстве надо было наказывать. Да, высечь кнутом на Ратушной площади. Если бы у нас было такое наказание за моральное преступление, то я был бы за. Однако уголовному преследованию здесь нет места”, - сказал Ватолин.

Как уже писал MixNews, уголовный процесс против Гильмана начат по статье 74.1 Уголовного закона о публичном отрицании или оправдании геноцида, преступлений против человечества, прославления или оправдания военных преступлений или осуществленного геноцида. За подобное преступление предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком до пяти лет или принудительных работ.
C соответствующим заявлением в полицию обратилась подкомиссия по патриотическому воспитанию Сейма."

Читать дальше: http://www.gorod.lv/novosti/160003-zhurnalist-predlozhil-vysech-gilmana-knutom-na-ratushnoi-ploschadi#ixzz5ClmPXHnr
 
 

Донос на Гильмана подписал депутат от «Центра согласия» 2

фото mixnews.lv
фото mixnews.lv

Заявление в Полицию безопасности на журналиста и политика Александра Гильмана (ЗаПЧЕЛ) в связи с его статьей "Мифы 14 июня" написали члены парламентской комиссии по патриотическому воспитанию почти в полном составе. Свою подпись поставил и депутат от объединения "Центр согласия" Владимир Рескайс. В свою очередь, еще один депутат от ЦС, член этой же комиссии, Николай Кабанов отказался подписывать заявление. Об этом пишет сам Александр Гильман в своей статье "Сядем все! Заметки будущего уголовника" на портале ImhoClub.

"Заявление в органы отправила подкомиссия Сейма по патриотическому воспитанию — в полном составе и едином порыве, забыв ненадолго межпартийные дрязги. Разумеется, в семье не без урода, и «был один, который не стрелял». Это — Николай Кабанов, мой добрый знакомый и коллега-журналист", - пишет Гильман.

При этом Гильман отмечает, что второй член подкомиссии от ЦС, Владимир Рескайс, поставил свою подпись.

"Он, разумеется, подписался под коллективным доносом и гордо сообщил об этом «Латвияс авизе»: «Почему бы мне не поддержать? Оправдывать эти преступления, мягко говоря, неправильно». А в дальнейшем разговоре признал, что, возможно, Гильман хотел не оправдывать преступления, а провоцировать общество", - сообщает Гильман.

Напомним, что уголовный процесс против Гильмана начат по статье 74.1 Уголовного закона – о публичном отрицании или оправдании геноцида, преступлений против человечества, прославления или оправдания военных преступлений или осуществленного геноцида. За подобное преступление предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком до пяти лет или принудительных работ.

В состав подкомиссии по патриотическому воспитанию входят Райвис Дзинтарс, Райвис Блумфелдс, Янис Домбрава,  Инесе Лайзане, Инара Мурниеце, Винета Пориня (VL-ТБ/ДННЛ), Ингуна Рибена,  Янина Курсите-Пакуле ("Единство"), Инита Бишофа, Гунарс Игайнис (ПР) Николай Кабанов, Владимир Рескайс (ЦС), Янис Вуцанс (СЗК) и Янис Упениекс (независимый депутат).

Читать дальше: http://www.gorod.lv/novosti/159692-donos-na-gilmana-podpisal-deputat-ot-tsentra-soglasiya#ixzz5ClmgQDm8
 
 

Публицист Гильман «донёс» на своих сторонников

Vesti.lv 19:50 28.07.2012

Латвийский публицист Александр Гильман, обвиняемый в написании «неправильной» статьи о депортациях 40-х годов, отправил в Полицию безопасности «донос» на читателей интернет-издания imhoclub.lv, разместившего материал, за который Гильман подвергся преследованиям.

Как сообщалось ранее, 29 июня Полиция безопасности Латвии по заявлению депутатов парламентской подкомиссии по патриотическому воспитанию начала уголовный процесс против Александра Гильмана по статье 74.1 Уголовного закона, предусматривающей кару «за публичное отрицание или оправдание геноцида, преступлений против человечества, прославления или оправдания военных преступлений или осуществленного геноцида».

 

За подобное деяние предписывается наказание в виде лишения свободы сроком до пяти лет или принудительных работ. Поводом для возбуждения дела стал текст Гильмана под названием «Мифы 14 июня», в котором он (сам имея статус политрепрессированного), утверждает, что жизнь в сибирской ссылке не была столь трагичной, как это изображает официальная пропаганда.

 

В ответ читатели и комментаторы imhoclub.lv опубликовали открытое заявление о том, что, дорожа свободой слова и мнений, они подписываются под статьей Гильмана и просят их тоже привлечь к уголовной ответственности вместе с ним. В своем «доносе» Гильман сообщает имена и фамилии 212 человек, подписавшихся к настоящему моменту под статьей. Он пишет: «Если в ходе процесса будет установлено, что в моих действиях есть признаки уголовного преступления, то есть я отрицал либо оправдывал геноцид, преступления против мира или человечности, военные преступления в понимании статьи 74.1, то вместе со мной это совершили также и те люди, которые подписались под вышеупомянутым заявлением на сайте imhoclub.lv. В этом случае прошу установить их личности и просить прокуратуру призвать к уголовной ответственности вместе со мной. Прошу ответить на это письмо в установленном законом порядке».

 

Далее Гильман проинформировал самих подписантов: «Этот текст я вложил в конверт и отправил заказным письмом. Будем ждать ответа. И сушить сухари».

 

А вот отчёт Алексеева - как отнесли списки подписантов в ПБ.

 

 http://vesti.lv/news/publicist-gilyman-dones-na-svoih-storonnikov/print

 

 

"Юрий Алексеев, председатель IMHOclub.lv

с удовольствием прочел отчет эстонской КаПо - полиции безопасности,

Алексеев

особенно "секретные документы ФСБ", с детскими грамматическими ошибками: работают, перцы, стараются! Теперь он решил по-соседски поделиться своими впечатлениями о работе латвийской ПБ.

У латвийской ПБ ко мне давняя и нежная любовь. Началась она ровно 5 лет назад, когда я запустил в интернете проект IMHOclub — дискуссионную площадку под девизом "Территория особых мнений".

Не прошло и года, как мой скромный проект получил официальное признание — попал в отчет латвийской ПБ с рецензией: "За последний год интернет-портал IMHOclub стал одним из значимых ресурсов, на котором рассматриваются актуальные вопросы, связанные с политикой отдельных национальностей. IMHOclub действует как платформа для публикации определенных противоречивых и тенденциозных взглядов и идей… Отдельные из этих статей позднее перепубликуются в наиболее заметных средствах массовой информации, пишущих на русском языке…"

А еще через пару месяцев — звонок. Следователь ПБ (фамилию забыл): "Прошу сообщить IP-адрес вашего автора Александра Гильмана. На него заведено уголовное дело за статью "Мифы 14 июня" на вашем портале".

— А почему вы звоните мне?

— Но вы же — владелец портала!

— Нет, я только арендатор доменного имени. Домен — не собственность…

— Но вы же его редактор!

— Нет, портал ИМХОклуб это — блог, где люди публикуют свои личные мнения, я их не редактирую, а только расставляю по просьбе участников. Я — модератор. Пришлите мне свою статью, я и ее поставлю…

— Но напротив вашей фамилии написано "Председатель"!

— Это — ник, кличка по-вашему…

— Но вам же принадлежит сервер!

— Нет, я арендую серверный "кусочек" в Голландии у известного провайдера. Хотите, я дам вам их мейл — сделаете запрос по-голландски…

Далее я любезно прочитал следователю ПБ краткую лекцию об устройстве интернета, объяснил, что такое "блог" и чем он отличается от СМИ, объяснил разницу между "редактором СМИ" и «модератором блога»… Короче, открыл глаза служивому.

Гильмана они таки вычислили. Да он и не скрывался. Саша Гильман — известный в Латвии публицист. Наша ПБ завела на него дело по статье УК ЛР 74-1 "за публичное отрицание или оправдание геноцида, преступлений против человечества, прославления или оправдания военных преступлений или осуществленного геноцида". Есть в Латвии и такая статья.

А статья Гильмана была мемуарная, об истории его семьи, которую в 1940-м депортировали в Сибирь. Гильман вместо расчесывания ужасов сталинских репрессий написал, что евреи, которых в 1940-м из Латвии выслали, вернулись домой живые и с приплодом (сам Александр там родился). А те, кто остались в гитлеровской Латвии, сгинули почти полностью. Гильмана начали таскать на допросы.

Обычная история. Но дальше было интереснее. Узнав, что Гильмана опять принялись репрессировать, активисты ИМХОклуба начали акцию под названием "Если Гильман — преступник, то судите и меня вместе с ним!"

Они написали заявление следующего содержания: "Мне известно, что против Александра Гильмана начат Уголовный процесс по статье 74-1 Уголовного закона за материал, опубликованный на сайте imhoclub.lv… Статья Гильмана посвящена противоречиво трактуемому периоду истории Латвии, с его оценками можно спорить. Но я категорически против того, чтобы переносить полемику об истории в уголовно-правовую плоскость. Публично заявляю, что я поддерживаю текст статьи "Мифы 14 июня". Если этот текст будет признан подпадающим под квалификацию статьи 74-1 Уголовного закона, прошу привлечь меня к ответственности вместе с Гильманом".

Под заявлением подписались 212 человек.

Реальных, с личными данными и адресами. Заявление отнесли в Полицию Безопасности для приобщения к делу. И они приобщили! Не смейтесь, так и было!

Впрочем, смейтесь. Потому что мы смеялись долго. Латвийская пресса с удовольствием смаковывала "дело 213 подсудимых": представляла, как для эпохального процесса придется арендовать стадион, строить скамью подсудимых длиной в трамвайную остановку, расписывала, как рассадят 200 адвокатов, куда поместят тысячу рыдающих родственников, как будут строить в три шеренги свидетелей… Вот веселуха! Короче, через два года наша ПБ это дело замяла и закрыла.

А ИМХОклуб теперь каждый год возглавляет список "нехороших ресурсов" в регулярных отчетах латвийской Полиции Безопасности. Обиделись.

Рецензия от ПБ за 2013 год мне особенно понравилась: "В отчетный период одним из самых заметных ресурсов, формирующих мнение русскоязычных жителей, по-прежнему был созданный в 2011 году интернет-портал "imhoclub.lv". На нем публикуются статьи широкой тематики, но в целом на портале доминируют благоприятные для России и, соответственно, критические в отношении Латвии публикации".

Запало в душу слово "соответственно". То есть, все, что "благоприятно для России" — "соответственно" критично в отношении Латвии. Если написать, скажем, что в России повысилась рождаемость — это будет критично к Латвии. Автоматом.

Так что, не удивляйтесь грамматическим ошибкам в "секретных документах ФСБ".

Мое впечатление: в Полиции безопасности Латвии или Эстонии служат выпускники юрфаков — троечники-, которых не взяли в адвокатские конторы. Из-за неуспешности и тугодумия."

Читать далее: https://ru.sputniknewslv.com/opinion/20160415/1326703.html

 

 

Мамыкин Гильман и репрессии и депортации без цензуры 14 6 2012

 

 

Мамыкин Гильман и репрессии и депортации без цензуры 14 6 2012

кадры 25 марта 2018